Дмитрий Ольшанский о гомосеках без выпендрёжа

Кадр из фильма "Наша Russia: Яйца судьбы", где челябинский гомосек пролетарского происхождения Иван Дулин приехал в МСК на гей-тусовку, а они его отвергли, так как он не такой, как они
Дмитрий Ольшанский о гомосеках без выпендрёжа, або Кичливые гомосеки - как таран "новой нормальности"
https://www.facebook.com/spandaryan/posts/4280046652016120 (06.07.2021)
Нехитрое умственное упражнение: когда бы заинтересованные лица поставили перед собой задачу договориться с консервативным обществом о той самой "толерантности к меньшинствам", об которую сломано столько стульев, о тех самых равных правах, - как они должны были бы действовать?
Очень просто.
Они стали бы показывать обывателю представителей меньшинств, которые от него самого, обывателя, неотличимы.
Дело в том, что каждый, кто хотя бы немного осведомлен о том, как устроен мир однополых отношений, - знает, что вот эти экзотические граждане, которые маршируют на парадах, густо штукатурятся и, главное, разговаривают с внешним миром в агрессивно-наступательном жанре ("мы на горе всем буржуям мировой лгбт раздуем" etc.) - они лишь небольшая, крикливая и радикальная часть большой реальности.
А где-то дальше, за ними, - самые обычные люди, про которых вы никогда и не скажете, что они, например, геи.
Суровые мужики и усталые тетки. Силовики, бухгалтерия, слесари-водопроводчики.
И - барабанный бой - среди геев есть и много самых настоящих консерваторов, патриотов, сторонников "режима", у которых не только внешность и жизненный стиль, но и взгляды такие, что вы просто не различите, где они, а где - вы сами.
И - возвращаясь - если бы идея ЛГБТ-движения состояла в том, чтобы несколько расширить границы нормы и мягко объяснить "натуралу", что те несколько процентов людей, в биологии которых имеется такая девиация, ничем не хуже его самого, и точно так же имеют право на... - и далее список юридических возможностей, - это оказалось бы сложно, но не очень сложно.
Потому что девять из десяти "гомофобов", оказавшись нос к носу с самым простым и заурядным человеком "не той ориентации", но без фиолетовых волос, радужных флагов и бравых речёвок, а со ста граммами и соленым огурцом, - просто не нашли бы, что возразить против гражданских прав этого человека.
Есть исключения. Кто-то, конечно, и в этом случае был бы против. Есть те, кто настаивал бы на том, что и в светском обществе должен строго соблюдаться религиозный закон. Есть просто сварливые персонажи, которых по определению раздражают или пугают любые отличия. Всё бывает.
Но для большинства - эти меньшинства, оказавшиеся меньшинствами просто в силу обстоятельств своего рождения, и при этом осознающие себя частью большинства, - не были бы драмой.
В конце концов, разве только с геями есть такая проблема?
Я, например, "интеллигент" и, как говорят в народе, "ботаник". А это, скажу я вам, почти то же самое, что "не та ориентация".
Но ничего, я как-то утрамбовался и приспособился. Иду, бывает, по маленькому городу где-нибудь далеко-далеко, а незнакомые люди со мной здороваются, а у храма даже пытаются подойти под благословение. Очки, борода, пальто черное. Нет, говорю, извините. В общем, интеллигенты - они хоть и кривовато, но тоже вписываются в вечный русский пейзаж.
Но задача ЛГБТ-движения - совсем другая (и на американском примере мы уже выяснили, какая она).
И никакого отношения к "расширению границ нормы" она, к сожалению, не имеет.
Зато имеет - к полному её, нормы, упразднению, и вовсе не только и не столько уже в смысле геев, эту станцию почти что "проехали", а намного жестче: чего стоит одна маниакальная фиксация пропаганды на смене пола и проч. [выделение жирным моё - А.В.]
Собственно, "биологическая" риторика а-ля "всегда есть несколько процентов людей, устроенных чуть иначе - и что же теперь, отказывать им в правах?" - считается в прогрессивном мире устаревшей и оскорбительной.
Нет, теперь нужно именно настаивать на том, что проблема меньшинств - это не какой-то ситуативный набор обстоятельств, который стоило бы понять и принять наравне со всем остальным разнообразием бытия, - нет, это сознательный выбор, и выбор идеологический, революционный, призванный опрокинуть "вековой гнёт" etc.
И от консервативного обывателя в двадцать первом веке требуется вовсе не мягкость и терпимость. От него требуется покорность той политической дубине, которая сделана в том числе и из образов ЛГБТ.
Он не должен думать, что "они - такие же, как и мы".
Напротив, он должен приучаться к тому, что "они" (любые политкорректные "они") - как раз-таки другие, совсем другие, и гордятся этим, и носят эту "инаковость" как знамя, и, больше того, запрещают ему, обывателю, к этой инаковости прикасаться даже самым уважительным образом, писать об этом, играть такие роли, шутить на эту тему, если он сам - находится вне (это называется апроприация).
Таким образом, разговор идёт, увы, не о равенстве, не о правах, не об уважении и гуманизме.
Разговор идет о подчинении политической машине, для которой геи - это только маленький фрагмент общей картины переделывания жизни, сравнимого с прежним коммунистическим.
И как должны себя чувствовать все эти бухгалтеры и водопроводчики, которых заодно, чохом, записали в ряды этого монструозного нео-ВКП(б), штурмующего патриархальность и прочее угнетение?
Должно быть, им неловко, и они хотели бы, чтобы их оставили в покое.
Ровно того же самого хочет и стандартно устроенный обыватель.
Но машина едет все быстрее и останавливаться не планирует.